Один молодой человек отсидев 4 недели безвылазно под Дженином ( в армии), наконец, получил долгожданню побывку на выходные и после короткого визита домой сразу же направился к своей подруге.
Девушка его была дочь профессора, скромница и умница (по крайней мере на людях), он же, дитя инженеров, был попроще и взглядов пожестче, но ладили они прекрасно. Отбив атаку родительских вопросов, (Ну и как вам Дженин? Мишенька, а правда ли то что нам по телевизору показывают?) и ценных советов (Вы уж там поосторожней будьте.) молодые с трудом дождались пока родители свалят в гости, а затем предались любовным утехам.
Горячее желание жизни, после видений арабов, грязи и оружия лучше всего сублимируется в занятии любовью. И когда все, что подсказывала память и воображение было опробовано, сделано или же начато, а затем отвергнуто по причинам технического несоответствия, когда капли пота уже высохли, но туман в сознании еще не рассеялся, когда делют сладостную недолгую передышку перед новым заходом - девушка прошлепала босыми ногами на кухню и вернулась с тарелкой полной свежей клубники.
Процесс поедания клубники, как таковой, им быстро надоел и было решено поэксперементировать. С трудноформулируемой, но реально различимой целью ягода клубники была (даже не знаю как сказать - засунута -звучит грубо), скажем, введена девушке ТУДА.
Налюбовавшись различными ракурсами клубники на (а точнее в) интимной грядке молодой человек попытался ее извлечь, но в результате его действий она только глубже уходила внутрь, а все дальнейшие попытки приводили ко все более глубокому погружению, и когда на поверхности не осталось и следа, то экспериментаторы запаниковали.
Ну, кто виноват это понятно, а вот что делать? Ночь. Поздно. Родители вот вот зашуршат ключом в замочной скважине. А тут проблемка. Слезы начали было капать на неуспевшую остыть простыню. Но юноша быстро сорентировался и сказал:" Так, пиши записку родителям что мы гуляем, а мы тем временем быстренько сьездим в приемный покой."
При словах приемный покой девушке сделалось дурно, но альтернатива остаться с клубникой ТАМ, была еще страшнее ибо доселе подобных прецендентов не было .
Сказано - сделано, и вот около часа ночи в приемный покой большой израильской больницы вошли неуверенной походкой юноша и девушка, меняющая цвета как светофор, причем на красном ее заклинивало надолго.
Главный вопрос - как обьяснить врачам что с ней произошло, повергал еев состояние прострации.
С барышней в регистратуре было относительно просто. Жалобы на боли в нижней части живота и вот ее перепровождают на койку за занавеской, туда же за ней проследовала медсестра, чтобы сделать обычные процедуры: давление, температура, ну, и главное узнать поподробнее где болит и как давно.
Медсестра тоже была русской. На ней была табличка, собщавшая миру, чтозовут ее Наташа и что она медсестра в приемном покое. Когда девушка это увидела ей стала на секунду легче, вроде бы своим обьяснить проще.
Далее происходило вот что.
Наташа: - Что у вас болит?
Девушка (округлив глаза и трагическим шепотом: - У меня там
T U T ("клубника" на иврите) ! ! !
От волнения в голове у нее наступило Вавилонское столпотворение, и она была уверена, что говорит все слова по-русски.
- Так - подумала Наташа - психическая. Нужно психиатра вызывать, а вслух сказала - Что вы говорите? Там тут у вас, и как давно?
- Минут 40 - ответила девушка.
- Очень интересно, а на что еще жалуетесь, тамтама у вас нет?
- Тамтама нет - сказала машинально девушка и тут (опять!)до нее дошло,что ее не понимают, она попыталась вспомнить есть ли иные названия для клубники, но ее переклинило и только слово "tut" билось о своды черепа. Самое интересное, что другие названия обозначаюшие ТАМ онавспомнила, но в силу превратностей воспитания, произнести их она не смогла б и под пытками. Ей ничего другого не оставалось, как все начать с начала. Она посмотрела на Наташу взглядом раненой газели исказала:
- Вы меня не понимаете. У меня ТАМ tut (!)
До Наташи медленно начало доходить, что где то там (хрен знает где)существует некая Проблема требующая решения и она решила задать наводящий вопрос:
- Там, это где?
Все, финиш. Полный апофигей. Это была соломинка сломавшая хребет верблюду, солнце остановилось в зените и Дунай повернул свое течение вспять - девушка, за всю свою жизнь не сказавшая ни одного матерного слова, профессорская дочь в третьем поколении, вскормленная по Споку и воспитанная по Песталоцци и Симону Соловейчику заорала на весь приемный покой:
- Где??? В пи*#е!!!
И это был один из тех немногих случаев, когда эта избитая и банальная фраза зазвучала и заиграла, как впервые, мало того это был наверно единственный случай когда эта фраза говорила правду.
Когда больница перестала содрогаться от хохота был вызван гинеколог, который поминутно смахивая слезы с глаз и борясь с приступами смеха извлек злополучный "тут"...
А девушка попрежнему всречается с этим же парнем, вот только в сексе она стала гораздо консервативней
